В Евросуде Россия проиграла три дела по искам жителей Чечни

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Россия проиграла в Европейском суде по правам человека (ЕСПЧ) в Страсбурге еще три дела по искам жителей Чечни и должна выплатить 130 тысяч евро за исчезновение их родственников в 2000 году.

Отметим, что Страсбургский суд принимает рекордное количество жалоб от россиян, большинство обращений поступает от жителей Чечни. Основную массу дел - иски на миллионы евро в год - Россия проигрывает.

Как говорится в коммюнике суда, Майрудин Хантыев пропал в декабре 2000 года в Грозном, когда его вывели из квартиры и увезли вооруженные люди в камуфляже. Юсуп Сабатаев и Казбек Вахаев были задержаны в Урус-Мартане в феврале и августе 2000 года. Сабатаева арестовали в рамках уголовного дела: он обвинялся в участии в незаконном бандформировании и в незаконной торговле огнестрельным оружием. Вахаева задержали во время операции по обеспечению безопасности. Власти сообщили родным, что Сабатаев и Вахаев были освобождены из-под стражи 13 августа 2000 года, однако с этого момента их больше никто не видел. Потерпевшие утверждают, что их родственники не были освобождены и погибли от рук российских силовиков.

Основываясь на показаниях свидетелей и других данных, Страсбургский суд постановил, что в первом случае похитителями могли быть только представители российских властей. Во втором случае, по данным суда, РФ не смогла предоставить документов, подтверждающих освобождение родственников истцов.

Суд постановила, что российские власти нарушили европейскую Конвенцию о защите прав человека и основных свобод: статью 2 (право на жизнь и на проведение эффективного расследования), 3 (запрет бесчеловечного и унижающего достоинство обращения), 5 (право на свободу и личную неприкосновенность) и 13 (право на эффективное средство правовой защиты). Согласно решению ЕСПЧ, российские власти должны выплатить 9 тысяч евро за материальный ущерб, 105 тысяч евро за моральный ущерб и 16,5 тысячи евро возмещения судебных издержек, пишет "Интерфакс".

Решение палаты суда вступит в силу, если стороны в течение трех месяцев не обратятся с просьбой передать дело в Большую палату ЕСПЧ, которая, в свою очередь, может отклонить обращение.

Ранее потерпевшие обращались в российские судебные инстанции, но, по их словам, в России не было проведено обстоятельное расследование обстоятельств исчезновения их родных, отмечает Newsru.com.

Напомним, что в сентябре ЕСПЧ вынес два подобных решения. 24 сентября Евросуд принял решение, обязывающее Россию к выплате компенсаций в размере 90 тыс. евро родственникам двух жителей Чеченской Республики, пропавших в 2002 и 2003 годах. А 17 сентября стало известно, что Россия проиграла в Европейском суде по правам человека (ЕСПЧ) в Страсбурге три дела по искам жителей Чечни и Ингушетии, по которым должна теперь выплатить 210 тыс. евро за исчезновение и гибель их родственников.

27 сентября международная правозащитная организация ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу) опубликовала доклад, в котором указывает на то, что российские власти не выполнили решения Европейского суда по правам человека более чем по 30 делам жителей Чечни. По мнению правозащитников, игнорирование РФ решений Страсбургского суда способствует эскалации насилия на Северном Кавказе.

Отметим также, что российские правозащитники отмечают увеличение количества похищений на Северном Кавказе в 2009 году. В результате жалоб и запросов в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) о применении срочных мер в рамках Правил 39-41 Регламента ЕСПЧ российским правозащитникам удалось предотвратить несколько бесследных исчезновений или убийств похищенных лиц в Чечне и Дагестане, трое из них освобождены. Новую практику юристы ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу) и Европейского [........] (EHRAC) начали с середины 2009 года. Как отмечают правозащитники, жалоба направляется в первые дни после похищения человека, когда высока вероятность того, что задержанный еще жив.