Врачи горбольницы Черкесска отказались признать вину в смерти Тимченко

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Вину в смерти 30-летнего Дениса Тимченко, умершего в реанимационном отделении, в ходе заседания суда отказались признать четыре врача горбольницы Черкесска. Нарушения были допущены на всех этапах лечения, заявили суду гособвинитель и потерпевшая Алла Русакова.

Как информировал "Кавказский узел", 55-летняя жительница Черкесска Алла Русакова считает, что ее сын Денис Тимченко умер, а сама она стала инвалидом в результате неправильного лечения в больнице столицы Карачаево-Черкесии. По версии следствия, Тимченко скончался 28 января 2013 года в реанимации в связи с допущенными ошибками при оказании ему медицинской помощи. 26 июля 2016 года Генпрокуратура России сообщила о передаче дела о смерти Тимченко в суд.

“Врачи не сразу перевели Тимченко в реанимационное отделение”

Очередное заседание по делу состоялось в Черкесском городском суде 26 сентября. На заседании присутствовали потерпевшая по делу Алла Русакова, обвиняемые врачи, а также представитель прокуратуры, адвокаты обвиняемых и потерпевшей, передает корреспондент “Кавказского узла”.

Недостатки оказания медпомощи способствовали смерти Дениса Тимченко, заявил в ходе заседания представитель прокуратуры республики.

“Между недостатками оказания медицинской помощи Денису Тимченко и его смертью имеется причинно-следственная связь. В течение первых суток не проведено необходимого обследования, за время госпитализации неправильно была назначена антибактериальная терапия. При проявлении сердечно-сосудистой недостаточности сразу не проведен перевод Тимченко в реанимационное отделение. Недостатки оказания медицинской помощи были допущены на всех этапах лечения”, – заявил прокурор.

В ходе заседания были также заслушаны показания Аллы Русаковой. Она пояснила, что ее больной сын был госпитализирован 21 января с диагнозом «пневмония». Ранее больной принимал более трех суток антибиотик Цефтриаксон, улучшения состояния не произошло, однако врачи Черкесской горбольницы отказались вносить изменения в лечение.

“Его положили в отделение пульмонологии. Лечащий врач успокаивала и говорила, что ничего страшного нет. На протяжении нескольких часов лечение не было начато. Нам объяснили, что с препаратами в больнице очень затруднительно, хотя они входят в перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов. Нам выписали на листочке препараты, в том числе Цефтриаксон, мы их приобрели сами. Тогда врачи начали проводить лечение, но анализы никакие не взяли”, – сказала Алла Русакова.

Денису Тимченко стало хуже, и 22 января его перевели в реанимационное отделение, рассказала Русакова. “Там врачи вели себя крайне неуважительно, меня оттуда выгоняли (сама Русакова в это время также проходила лечение в отделении пульмонологии – прим. «Кавказского узла»). Сам Денис говорил, что никому не нужен, он сам ходил в туалет, хотя это было противопоказано, поскольку он получал кислород через носовую кислородную канюлю. 24 января врач отделения пульмонологии поехала на консультацию в республиканскую больницу к главному пульмонологу КЧР Фатиме Дзыба. Она сразу сделала замечание, почему не было взято у больного никаких анализов. Анализы взяли слишком поздно. Если бы была своевременная диагностика, то можно было изменить лечение и спасти парня”, – считает Русакова.

“Дежурного врача не было на рабочем месте”

По словам Русаковой, 25 января Дениса Тимченко подключили к искусственной вентиляции легких. “Его пять-шесть раз надо было кормить через зонд. Но его не кормили. Все баночки с детским питанием, которые мы купили, нам потом вернули. 26 января я спустилась в реанимацию, увидела, что рядом с сыном никого нет и он находится на искусственной вентиляции легких. Потом спустилась моя невестка, она увидела, что Денис просыпается и ведет себя беспокойно. Она начала кричать, санитарка попросила побежать в ординаторскую и разбудить врача, но тут появилась сонная медсестра и сказала, что все необходимое будет сделано”, – рассказала Алла Русакова.

Она добавила, что дежурный врач реанимационного отделения не находился на месте. “Главный пульмонолог, Фатима Дзыба, приезжала в больницу, и была шокирована тем, что не могла никого найти – ни медсестру, ни дежурного врача. Она осмотрела сына и опять написала рекомендации, и опять их не выполнили. Окно в палате было настежь открыто, и он мог еще хуже заболеть. В ночь с 27 на 28 января, когда он умер, к нему никто не подходил. В реанимационном отделении не было наблюдения за ним с 18 часов вечера 27 января до 7 часов утра 28 января. Моего сына «проспали», и он задохнулся от того, что не было должного наблюдения”, – считает Алла Русакова. 

Она добавила, что констатация смерти была зафиксирована всего одним врачом, в то время как должна быть зафиксирована всеми врачами, на лечении у которых находился ее сын.

Обвиняемые по делу задали ряд вопросов потерпевшей и заявили, что будут излагать свою позицию в ходе следующих заседаний. При этом они отметили, что отказываются признать вину в смерти Дениса Тимченко. Следующее заседание по делу назначено на 3 октября, сообщает корреспондент “Кавказского узла”.

Напомним, по делу проведены шесть судебно-медицинских экспертиз. В судебно-медицинской экспертизе, которая была проведена в Москве в ФГБУ «РЦСМЭ» Минздрава России, говорится, что «имеется прямая причинно-следственная связь между недостатками оказания медицинской помощи Тимченко и его смертью».