Волгоградские активисты выступили против давления властей на НКО

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Участники серии одиночных пикетов в Волгограде раскритиковали внесенные в Госдуму законопроекты об ужесточении контроля за иностранным финансированием некоммерческих организаций, запрете заниматься просветительской деятельностью без разрешения властей и новых ограничениях на проведение протестных акций.

Четыре одиночных пикета проходили сегодня в центре Волгограда с 13 до 15 мск. Активистка Тамара Гродникова стояла с плакатами "Свободу иностранным агентам. Правительство России внесло в Госдуму поправки в закон «О некоммерческих организациях», ужесточающих требования к НКО" и "Нет преследованию НКО", Галина Тихенко держала плакат с цитатой 31-й статьи Конституции о свободе собраний, у Елены Шеиной был плакат "Цензуре нет", а у Владимира Тельпука - "Это суд или преследование несогласных?", передал корреспондент "Кавказского узла".

Поправки в Закон о некоммерческих организациях - "очередной этап криминализации инакомыслия и оппозиционной деятельности", считает Тамара Гродникова. "Минюст фактически наделяется правом контроля за деятельностью НКО. Из независимых организаций хотят сделать придаток власти, тем самым лишив их главной своей задачи, ради которой они и создавались. У нас уже есть системная оппозиция, которую полностью контролирует власть. Теперь очередь за НКО", - сказала активистка корреспонденту "Кавказского узла".

Она считает, что закон о признании иноагентами физических лиц направлен против всех россиян, которые выступают с критикой власти.

"На самом деле, власть должны интересовать прежде всего польза для общества от выступлений активистов, актуальность вопросов, которые они поднимают, а не финансирование гражданской деятельности. Что касается физлиц, то если человек получил любую сумму из-за границы и при этом пишет посты, комментарии, ведет блог, его могут обозвать иностранным агентом, наложить массу ограничений, с которыми он не справится, и таким образом подавляют всю блогерскую деятельность, которую могут вести не профессионалы, а обычные граждане России. Почему наше государство делает такой акцент на финансировании деятельности, а не на саму деятельность? Если деятельность направлена на благо страны, то, по сути, какая разница, каким образом она финансируется? К сожалению, наше общество не приучено благодарить финансово людей и организации за их общественную и благотворительную деятельность, а ведь это большой труд", - сказала активистка корреспонденту "Кавказского узла".

Гродникова выразила недовольство и другим законопроектом. "В том же ряду – законопроект, запрещающий заниматься просветительской деятельностью без согласования с властью. Он приведет к однобокому восприятию реальности, к тому, что российское общество погрузится в очередную иллюзию и будет оторвано от мира. Это может отразиться и на качестве высшего образования", - резюмировала активистка.

Свое возмущение двумя законопроектами высказала и активистка Елена Шеина. "Власть вводит все новые ограничения, чтобы мы вообще не могли ни слова сказать. Это и закон об  иноагентах, и закон о просвещении – просвещать теперь можно только с их разрешения. Мы возмущены", - сказала она корреспонденту "Кавказского узла".

Галина Тихенко указала на еще один законопроект, который ужесточает требования к проведению пикетов. "Наступают нам на горло, остатки свободы хотят уничтожить. Меня очень возмущает, что они хотят ужесточить требования к пикетам. Пикетную очередь на одиночные пикеты собираются запретить, она будет считаться несогласованной акцией.  Хотят также  усложнить процесс подачи уведомлений на массовые  акции. Сейчас-то сложно подать уведомление. Акции не согласовывают", - сказала активистка корреспонденту "Кавказского узла".

Активист Владимир Тельпук раскритиковал работу судебной системы. "У нас под видом борьбы с коррупцией борьба с коррупцией не идет, идет межклановая грызня. В условиях сворачивания гражданских свобод и демократии в стране все больше судебных решений признается политически мотивированными или откровенно похожи на сведение счетов между конфликтующими группами", - заявил он корреспонденту "Кавказского узла".

За акцией наблюдали двое полицейских, которые сфотографировали плакаты пикетчиков, и казак. Тельпук отметил лояльность наблюдающих за пикетом полицейских. При этом сообщил, что после одиночного пикетирования 22 ноября он написал два заявления в полицию. "Во-первых, у меня украли плакат. Во-вторых, меня провоцировали казаки. Плакат мой стоял на земле и пропал, полицейские предложили написать заявление. Пока писал заявление, казаки начали вести себя странно – предлагали отойти и поговорить, угрозы какие-то непонятные были. Написал два заявления – на кражу и на угрозы. Все было при сотрудниках полиции, заявления у меня приняли без вопросов", - рассказал Владимир Тельпук.

Пикет вызвал интерес прохожих

Прохожие по-разному реагировали на пикеты. "Что плохого сделал Путин?" - спросила одна из них. Владимир Тельпук ответил, что президент "поднял пенсионный возраст и отменил налоги олигархам, цены повышает". "А кто, если не Путин?" - спросила проходившая мимо пенсионерка. "Еще немного, и мы вас всех пересажаем", - отреагировала на пикет Галины Тихенко еще одна прохожая.

Несколько молодых людей взяли плакаты у Галины Тихенко с критикой Путина и сфотографировались с ними. "Считаю, что тема зачетная, власть надо менять хоть иногда", - сказал корреспонденту "Кавказского узла" один из юношей, Юрий, сообщивший, что учится в местной гимназии.

"Мне кажется, запрещено уже все что можно – нельзя говорить, писать что думаешь", - высказался по поводу протестной акции проходивший мимо мужчина, представившийся Владимиром. "Очень много сейчас законов направлено на закручивание гаек. Время покажет, хорошо это или плохо", - сказал корреспонденту "Кавказского узла" пенсионер, представившийся Вячеславом Григорьевичем.

Девушка, назвавшаяся Олесей, сказала корреспонденту "Кавказского узла", что "пикеты смелые, таких [активистов] мало". "Но тревожно за них очень. И боюсь, что ничего они не изменят в нашем обществе, где принято молчать", - посетовала она.